Фото с сайта artinvestment.ru

Дом 25, в котором родился А.И. Герцен в 1812 году, был домом его дяди Александра Алексеевича Яковлева. Отец Герцена Иван Алексеевич, отставной гвардейский капитан, приехал в Москву зимой 1812 года после длительного пребывания за границей и временно остановился у брата. Приехал он не один, а вместе с молоденькой немкой Генриеттой Луизой Гаат семнадцати лет, в России она стала зваться Луизой Ивановной. Спустя три месяца после их приезда в Москву у них родился сын. Прожили они в этом доме всего несколько месяцев.

( Read more... )

Из фильма "Папиросница и Моссельпрома". По сюжету фильма двое его героев полагают, что убита их знакомая девушка. Бегом они несутся в дом угоовного розыска - Тверской бульвар, 22. Несколько сотрудников угрозыска на автомобиле, прихватив с собой и героев фильма, выезжают выяснять обстоятельства дела.

О том, что в 1924 году в этом доме находился угрозыск, упоминается и в историко-культурном путеводителе В.А. Никольского "Старая Москва" того же года издания.




( Read more... )

Масло, холст. 1905-й год.

Так отзывается о здании МХАТ на Тверском бульваре автор книги "Сталинские небоскребы: от Дворца Советов к высотным зданиям" А.А. Васькин.



Снимки: конец августа 2011 года.

( Read more... )

Из книги "Москва. Свершения и планы" В.Ф. Промыслова (1908-1993), председателя исполкома Моссовета в 1963 -1985 годах:

"...Чем шире возможности строительной индустрии, тем сильнее соблазн применить их именно в центральной части города, создать инженерно-архитектурный памятник современности. Я не раз убеждался, что такие "престижные" сооружения, появляющиеся в некоторых капиталистических странах на месте уничтоженных неповторимых кварталов "седой старины", уродуют историческое ядро города и затем быстро устаревают.

Нам чужд такой подход к реконструкции исторического ядра города. Да, мы строили и будем строить здесь новые здания. Но строить их так, чтобы не разрушать сложившегося архитектурного единства. Приведу, как мне представляется, один из наиболее характерных примеров. Москвичи помнят, что несколько лет назад был снесен ряд двух- и трехэтажных , не имеющих исторической и художественной ценности домов на углу улицы Герцена, у Никитских ворот. На их месте решили построить новое здание ТАСС. Первый проект этого здания явственно отражал веяния так называемой "интернациональной" архитектуры: небоскреб из стали, стекла, алюминия и бетона. Проект здания имел определеннное своеобразие. Однако своим гигантизмом здание полностью подавило бы сложившийся в этом районе архитектурный ансамбль, резко дисгармонировало с окружающей застройкой и впоследствии неминуемо "потянуло" бы вверх все последующие соседние сооружения.

В результате нелегких споров этот проект был отвергнут. Каким решено было построить здание ТАСС, теперь ясно каждому: оно уже в эксплуатации; восьмиэтажное, но кажущееся четырехэтажным за счет огромных, с закругленными углами окон - "окон в мир". Это здание органично вписалось в ансамбль площади у Никитских ворот".

Как другой пример, по его мнению, удачного сочетания старого и нового он приводит построенный вестибюль станции метро "Кузнецкий мост". А Нового Арбата, также построенного в годы его руководства Москвой, в этом перечеслении удачных решений почему-то нет.

Книга была издана в 1984 году, цитируемый текст на стр. 88-89. Эта выдержка из книги уже приводилась в одном из журналов в ЖЖ, но не совсем точно: с некоторыми, хотя и небольшими, неотмеченными пропусками в тексте.

В автобиографической повести "Знаки препинания" писательницы Е. М. Ржевской (Каган), жившей на Тверском бульваре в 1920-1930 годы, описывает также и облавы на беспризорников:

Намечалась облава. Она оповещала о себе издалека милицейскими свистками — должно быть, еще с Никитского бульвара. И лихим яростным пересвистом маленьких голодранцев, бросавшихся наутек врассыпную. Облава была скорее условной — для порядка — или, вернее, напоминания о нем. Извлечь с городских улиц голодное племя бездомных сирот и отбившихся от дома маленьких воришек, попрошаек, беспардонных проныр в кинематографы, уличных певцов, забияк и охальников — за неимением мест в детприемниках и детдомах — смысла не было. И облава походила на дворовую игру в казаки-разбойники, но с азартным, опасным исходом. Потому что кто-либо один все же должен был быть выловлен. И тогда милиционеры всем скопом сопровождали свой трофей, волоча за шиворот отчаянно отбивавшегося чертенка.



О подобной облаве в Севастополе пишет французский писатель Андре Жид в книге "Возвращение из СССР", он был в Советском Союзе в 1936 году. Беспризорники, с которыми он успел познакомиться, однажды утром вдруг исчезли из обычного места своего обитания - городского парка. В тот же день он и его попутчики увидели одного из беспризорников, который сообщил им, что была облава и всех засадили. На следующий день, однако, все беспризорники оказались на прежних местах. "Мы им не нужны", - объяснили ему мальчишки. Хотя как-то, в другой раз, он видел, как двое в штатском забирали малыша лет восьми: "мальчонка, как звереныш, отбивался изо всех сил, он рыдал, визжал, топал ногами, пытался кусаться..."

( Read more... )

Совсем короткий фрагмент (22 секунды) из 10-минутного фильма "Бульвары Москвы" 1974 года. Съемка ведется со строящегося здания ТАСС. Исходно камера повернута вправо, вглубь бульвара, а затем поварачивается влево в сторону площади Никитских Ворот. достаточно хорошо видны позже снесеные дома 3 и 5.



( Read more... )

Из документального фильма "Цвет жизни. Начало" 2010 года. Режиссер В. Беляков. Автор А. Дмитриев. Текст: вопоминания москвича А. Тыренко читает Л. Дуров. Первая половина небольшого видеосюжета снята на Пушкинской площади.



( Read more... )

Писательница ( в военное время - военная переводчица) Е. М. Ржевская (Каган), р. в 1919 году, жила в 1920-1930 годы в коммунальной квартире на Тверском бульваре в доме №6, В автобиографической повести "Знаки препинания", написанной в 1980-1981 годах, она писала и о своей жизни на Тверском бульваре, и о самом бульваре. В каком именно году её семья въехала в эту квартиру, в каком году съехала из неё, не знаю. Жизнь на бульваре, судя по её воспоминаниям, в те годы просто била ключём:

"Перебежав отделяющую наш дом номер шесть от бульвара полоску все еще булыжной (а может, уже и заасфальтированной) мостовой, попадешь в пестрый, затейливый, удивительный мир. Чего только не увидишь здесь за какой-нибудь час.

Ведут на цепи прирученного медведя — старинный промысел. Бородатый дядька, странствующий с ним и с балалайкой на ремне через плечо, отстегивает цепь, и медведь, шлепая себя по носу, показывает собравшейся вокруг него публике, как пудрится Марья Ивановна. Пьет из горлышка пустой бутылки и тут же нетрезво валится из стороны в сторону под веселое ржанье толпы. А поднявшись на задних лапах, повязанный платочком, танцует под балалайку «Светит месяц, светит ясный» и потом обходит круг, держа в лапах шапку хозяина, собирая вознаграждение.

( Read more... )